мужчины, боятся

Этот вопрос появился в процессе бытового рассуждения на тему о желании и нежелании заводить малышей нескольких возможных мам, потенциальные отцы деток которых никак не желали становиться отцами реальными, и даже планирующими. Тема представлялась довольно животрепещущей, чтоб провести исследование.

Материалом для проведения исследования послужили материалы родительских веб-сайтов и, как уже было сказано, бытовые рассуждения бездетных знакомых.

Самый главный аргумент мужской стороны, противящейся возникновению наследников, заключается в экономической неготовности семьи. Броско, что примерно одними и теми же словами об этом может гласить и студент, живущий в общежитии, перебивающийся случайными заработками до диплома, и предприниматель, который пока не уверен, что сумеет обеспечить собственному ребенку обучение в Гарварде либо Кембридже.

Как следует, финансовая состоятельность семьи определяется не определенной суммой дохода, а некоторым психическим пониманием: «довольно — пора». Непременно, некоторая финансовая готовность к рождению малыша семье нужна, это непременно благотворно скажется и на психическом климате семьи, и на той нагрузке, физической и чувственной, которая ляжет на плечи взрослых членов семьи.

Вторым по значимости аргументом пока не состоявшихся отцов стала неготовность иметь дело с «пеленками и распашонками». Разглядим более внимательно, чем пеленки и распашонки так небезопасны. Они символизируют бытовые конфигурации. Но если лет этак пятнадцать-двадцать вспять стирка была и по правде энергозатратным мероприятием, на данный момент — при наличии подгузников и автоматических стиральных машин — это занятие перестает претендовать на критические издержки времени и сил юный семьи. Таким макаром, «пеленки и распашонки» становятся эмблемой бытового порабощения.

Не считая того, многих будущих пап стращает период «пеленок и распашонок» тем, что внимание юный матери будет сконцентрировано на немощном свертке, не дающем полностью никакой, на взор папы (чисто вещественный), оборотной связи. Понятие оборотной связи от малыша разным образом рассматривается различными папами. Одни считают, что со свертком в пеленках нереально разговаривать, для других и поболее приличный возраст потомка — не повод для установления с ним дружественных отношений. Потому кажущиеся анекдотическими выражения — вроде «Что меж нами общего? О чем мы можем гласить? По правде, мне 30 лет — ему три!» — к огорчению, неотъемлемая часть часто циклических диалогов матери и папы.

Юному папе может быть психологически тяжело в этой ситуации, когда мать и малыш заняты, при деле, а он, папа, мамонта добыл, принес — и становится как бы как и не нужен больше совсем. Хотя обычно папы такового положения вещей не страшатся, так как изредка об этом задумываются. Обычно, томные раздумья появляются тогда, когда чувство собственной ненужности в пополнившейся семье уже появилось и с ним нужно что-то делать. В большинстве случаев деяния юного отца сводятся к тому, чтоб отдалиться от замкнутой пары «мать — ребенок».

Замыкает пятерку аргументов мировоззрение, что детки — это только жертвы и ограничения. Естественно, малыши необходимы, но когда-нибудь позже, когда, к примеру, пребывание дома заместо посиделок в клубе уже не будет восприниматься как жертва либо ущемление собственных прав на заслуженный отдых. Соответственно, малыши такими мужиками планируются лет этак на сорок-пятьдесят.

Таким макаром, благодаря проделанному обобщению, можно нарисовать некоторый образ готового к отцовству мужчины. Это уверенный в собственной экономической состоятельности, просто адаптирующийся к изменениям, гибкий в разговоре, самодостаточный и психологически зрелый человек, умеющий расставлять ценности.

С.Н. Лазарев | О нежелании иметь деток

Женские джинсы

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.

Новое

Кворк
Kwork.ru - услуги фрилансеров от 500 руб.
Фотошоп

Новости

Яндекс.Метрика